Саймон Уиллисон потратил на каждую из четырёх своих последних игр меньше четырёх часов. Кода он не видел вообще, ни строки: в буквальном смысле, потому что вайб-кодинг по его определению означает, что человек не открывает исходники. При этом он играл в собственные поделки с удовольствием и называет октябрь 2026 переломным моментом для вайб-кодинга игр.

Это не очередная история про «ИИ собрал сайт за вечер». Речь о том, что модели научились делать то, что долго считалось последним бастионом человека: придумывать игровые механики, от которых не хочется уйти через две минуты.

Вайб-кодинг игр (vibe game development) это практика, при которой человек описывает замысел словами, а модель пишет код, строит 3D-модели, генерирует музыку и предлагает геймплей. Роль человека сводится к вкусу, постановке задачи и отбору вариантов.

Что именно сдвинулось в октябре

Модели умели делать «похоже на игру» минимум год. Проблема была в другом: такие проекты выглядели как игра, но не игрались. Уиллисон прямо пишет, что не верил в способность моделей к игровому дизайну. Создать новый игровой цикл, который бросает вызов ровно на уровне игрока и даёт удовольствие от освоения, это ремесло, и он относился к нему с уважением.

Перелом случился на Claude Opus 5.5, и Уиллисон отмечает три конкретных улучшения: 3D-моделирование, генерацию музыки и собственно game design. Последний пункт оказался решающим. Именно дизайн, а не картинка, отделяет техническую демку от игры, в которую возвращаются.

Сам он формулирует это буднично. В какой-то момент он попросил модель сделать игру «НАМНОГО веселее», и она это сделала. Формулировка из шести слов оказалась рабочим инструментом геймдизайна.

Четыре игры, которые его убедили

Первая, Tree Appreciator, собралась в один запрос через обычный чат Claude, без Claude Code. Механика простая: на экране два алгоритмически сгенерированных дерева, нужно находить различия. Промпт просил подумать о том, как сделать игру одновременно красивой и увлекательной. Получилась расслабляющая мобильная головоломка с гербарием, куда складываются найденные деревья. Ни одной итерации, ни одного уточнения.

Вторая, Emberwick, начиналась как прототип движка для RPG с видом сверху. Уиллисон просил прозрачные стены, когда персонаж заходит в дом, NPC, мебель, вторые этажи. Потом попросил убрать плоский ландшафт, добавить подвалы с туннелем между ними и гору с пещерой, где спит тролль. А затем сказал: преврати это в настоящую игру, увеличь игровую зону в четыре раза, добавь сюжет без клише, твисты и магическую систему. Вышла история на пятнадцать минут с финалом, который его самого задел. Там же появился редактор уровней.

Именно на Emberwick вылезли настоящие проблемы геймдизайна, а не рендеринга. NPC уходил в другую локацию из-за побочной сюжетной ветки и ломал квест. Пришлось играть, ловить баги и просить исправления. Тот же набор промптов он прогнал через GPT-6 Pro: картинка отличная, играется заметно хуже.

Третья, Battle Drones, оказалась самым успешным проектом. Это RTS в духе Command & Conquer, где две армии роботов строят юнитов, собирают металлолом и воюют за территорию. Первые версии на Claude Fable 5 в июле дали рабочую двухмерную игру, но играть в неё было скучно. Спасли два действия: просьба сделать веселее и перенос на three.js. Сейчас внутри 2–4 игрока по сети через вайб-кодовый WebSocket-релей, медали, повторы, семь карт, генератор случайных карт и мутаторы правил.

Отдельный режим позволяет разным LLM играть друг против друга: игра прокручивает пять секунд и замирает, пока модели разбирают состояние и выставляют команды. В сети лежит повтор матча Claude Haiku 5.5 против GPT-6 Luna. Battle Drones выложен под Apache 2.0, и через день Габриэль Тюрпен сделал форк Panache: стимпанк, Франция Бель-Эпок, новые модели, музыка и анимированное интро.

Четвёртая, Quarter Sun Cove, выросла из местной жизни. Уиллисон живёт в Халф-Мун-Бей, где каждый октябрь проходит фестиваль тыкв с взвешиванием гигантских экземпляров. Он попросил уютный симулятор фермы: весь год растишь одну гигантскую тыкву и обычные на продажу, осенью торгуешь и выставляешь великана на взвешивание. Все персонажи там животные, мэр города пеликан, а играть можно пеликаном, скунсом, енотом, опоссумом, бобром, койотом, лисой, совой, каланом или тюленем. Модель жгла миллионы токенов почти двое суток, зато на свет появились хулиганистые еноты, морской слон, который ведёт взвешивание, тюлени, укатывающие тыквы обратно в океан, и суеверия про гигантские тыквы, которые иногда сбываются.

Сам автор считает эту игру не лучшей: играть в неё сложнее, чем в Battle Drones. Но она показывает тип проектов, которые ему интересны, странных, личных, таких, каких раньше просто не существовало.

Почему «сделай веселее» вообще работает

Скепсис понятен: вкус не формализуется в промпт. Но здесь работает другое. Модель обучена на огромном корпусе текстов про игры, рецензий, разборов механик и жалоб игроков. Когда её просят сделать веселее, она не угадывает вслепую, а вытаскивает типовые приёмы: награды за освоение, рост сложности, короткие циклы обратной связи, ощутимый прогресс.

Дальше включается итерация. Человек играет, говорит, что не так, модель переписывает баланс. Это ровно тот цикл, который в студии занимает недели плейтестов, только сжатый до минут. Ограничение здесь не в генерации кода, а в способности человека заметить, что именно скучно.

Уиллисон даёт простой стартовый рецепт: попросить мобильную игру на three.js про что угодно, а если не затянуло, добавить ту самую фразу про веселье. Переход на полноценный агент вроде Codex или Claude Code нужен, когда проект перерастает стадию прототипа.

Есть и тонкость. Фраза про веселье работает не в вакууме, а после того, как игра уже запускается и в неё можно играть. На пустом проекте она ничего не даст. Зато конкретная жалоба вроде «второй уровень проходится за десять секунд» меняет баланс быстрее, чем абстрактное «сделай лучше».

Технический слой оказался скучным, и это хорошо

Все четыре игры это HTML и JavaScript, работающие в браузере со статического хостинга, обычно GitHub Pages или Cloudflare Pages. Никаких движков, никаких сборок под платформы. Модели уверенно знают three.js и Phaser, а современные мобильные браузеры достаточно быстры, чтобы такие игры ощущались нативными.

Именно низкая цена ошибки делает игры идеальной площадкой для вайб-кодинга. Баг в личной игрушке не роняет прод и не стоит денег. Правда, Уиллисон честно упоминает эксперимент с позиционным аудио в мультиплеере, после которого у его жены разболелась голова.

Статический хостинг снимает ещё один барьер: нет серверов, нет биллинга за трафик, нет деплой-пайплайна. Игра это набор файлов, который браузер забирает по ссылке. Для прототипа такое упрощение экономит не только деньги, но и часы на инфраструктуру.

Где границы: что пока ломается

Четыре игры не означают, что индустрия перевернулась за месяц. В Emberwick ломалась логика квестов: персонаж уходил по другой сюжетной ветке и не возвращался в нужную точку. Такие ошибки не видны в коде, их находит только прохождение, и каждая итерация требует, чтобы человек сел и сыграл заново.

Сетевой код тоже не бесплатный. Мультиплеер в Battle Drones держится на маленьком релее на WebSocket, и для двух-четырёх игроков этого хватает. Для массового онлайна нужна уже настоящая инфраструктура с предсказанием и синхронизацией состояния.

Третий вопрос юридический. Valve с 2024 года требует раскрывать использование генеративного ИИ в играх, itch.io даёт авторам возможность помечать такие проекты. Для инди-автора это не блокер, но публика заметит ярлык, и часть аудитории отреагирует предсказуемо.

Реакция сообщества: четыре раза оскорбительно

Игровое сообщество к ИИ-ассетам относится хуже, чем разработчики софта. Истории про слоп в Steam Next Fest и жалобы на сгенерированные ассеты в магазинах Valve идут годами. Вайб-кодинг игр раздражает сильнее, потому что объединяет всё сразу: сгенерированное искусство, сгенерированную музыку, сгенерированный текст и сгенерированный код.

Сам Уиллисон формулирует это без злорадства: если вас оскорбляют ИИ-картинки, ИИ-музыка, ИИ-тексты и ИИ-код, то вайб-игры объединяют все четыре раздражителя в одном продукте. Он уважает такую позицию, хотя сам её не разделяет, и ожидает раскола. Часть игроков не притронется к таким играм, часть увидит в этом расширение доступа к разработке для людей без десяти лет опыта.

Отдельно он оговаривает границы приличия: свои вайб-игры он не станет заявлять на обычные геймджемы и конкурсы, потому что не считает, что заслужил это право. Вместо этого, по его прогнозу, появятся отдельные площадки, где авторы таких проектов смогут сравнивать работы между собой.

Что это значит на практике

Планка сместилась не в сторону «ИИ сделает игру за вас», а в сторону «идея стала дороже реализации». Раньше узким местом был код и ассеты: чтобы проверить концепцию, нужна была команда или месяцы работы. Теперь прототип появляется за вечер, и на первый план выходит то, что не автоматизируется: придумать странную, личную идею и довести её до состояния, когда в неё хочется играть.

Второй эффект касается плейтестов. Emberwick показал, что модель делает красивый мир, но ломает логику квестов, и ловится это только руками. Чем амбициознее проект, тем больше времени уходит на игру и формулировку того, что не так. Навык «объяснить, почему скучно» становится техническим.

Третий эффект экономический. Проект на два дня генерации и миллионы токенов всё ещё дешевле человеко-месяца работы, а Tree Appreciator вообще собрался одним запросом в чате. Для инди-разработчиков это меняет жанровую экономику: можно пробовать десять идей вместо одной.

Часто задаваемые вопросы

Нужен ли опыт в разработке игр, чтобы так делать?

Нет, но нужен вкус и готовность играть в собственные поделки. Код и ассеты берёт на себя модель, а решение о том, что скучно, а что работает, остаётся за человеком. Без этого цикла получается красивая демка, в которую никто не возвращается.

Сколько стоит собрать такую игру?

Зависит от амбиций. Tree Appreciator обошёлся в один запрос через обычный чат. Quarter Sun Cove потребовал миллионов токенов и почти двух суток генерации в фоне. Даже верхняя граница дешевле, чем месяц работы художника, композитора и программиста.

Заменит ли это профессиональных геймдизайнеров?

Скорее сдвинет роль. Студии будут использовать модели для прототипов и ассетов, а ценность специалиста вырастет в тех частях, где нужны вкус, баланс и понимание аудитории. Уиллисон прямо говорит, что ждёт игр, которых без этих инструментов не существовало бы.

Итог

Октябрь 2026 запомнится не очередной моделью, а сменой жанра в разговоре о вайб-кодинге. Вайб-кодинг игр перестал быть аттракционом и стал способом проверять идеи за вечер, а game design оказался последним рубежом, который модели тоже прошли, пусть и с плейтестами.

Если хотите проверить тезис на себе, начните с одного запроса: попросите мобильную игру на three.js про то, что вам лично интересно, поиграйте десять минут и скажите модели, что именно скучно. Дальше решает не код, а ваш вкус.